Монологи Вадима Галыгина (Comedy Club)

Распект, ржунимагу ;D ,упалпацтол

А может ещё чьи-нибудь из "камедийцев" монологи выложешь?

Наш спецкор Роман находится в ГД. Только что выступил с докладом президент, и мы попросим Романа поделиться впечатлениями.
-Алло, Роман?
Доносятся звуки издаваемые Романом: "О-о-о! у-у-у! ы-ы-ы! а-а-а-у!!"
-Роман, вы нас слышите? Что у вас там происходит??
Держась за низ живота одной рукой, другой рукой отталкивая от себя кого-то невидимого, Роман, все ещё издавая утробные возгласы отвечает:
-Да, Татьяна. О-о-о! Я нахожусь в здании государственной Д у-у-умы, где после речи президента о увеличении рождаемости, ы-ы-ы! и выплаты о-о-хренительных пособий роженица-а-ам, едва дождавшись, когда президент свалит с трибуны, женщины всех возрастов, пардон -фракций, кинулись к мужчинам, немедленно требуя исполнения президентского наказа! Думаки, явно не готовые к активным действиям, позорно разбежались по кабинетам, вся партия "Единой России", на ходу отбиваясь от коллег женского полу, закрылась в мужской туалет, откуда доносятся звуки хорового пения: "Врагу не сдаётся наш гордый "Варяг".
-Роман, а что с вашим голосом? Вы как-то странно тяните гласные.
-Татьяна! Когда думцы позорно бежали, то практически в зале остался я и Жириновский. Так как глава ЛДПР был поближе, то женщины накинулись на него, и, Татьяна, ты не представляешь -попытались его изнасиловать!! Вольфович яростно отбивался, крича: "Суки! Урою, адназначна!", но когда с него сорвали штаны, раздался истеричный бабий хохот: вместо трусов на нём был пристёгнут пояс с членом!
Возбуждённые женщины кинулись ко мне, как единственно оставшемуся мужчине, и вот, Татьяна, я еле успеваю давать интервью, похоже, Татьяна, я щас буду давать не интервью!
Татьяна, последняя просьба: зови наших, весь Сomedy Club, а я постараюсь продержаться!
На этом связь с ГосДумой прервалась.

Гарик и Тимур
Шерлок Холмс и доктор Ватсон

Х: Рынь-рынь. Рынь-рынь-рынь. Ватсон- Ватсон. Ватсон. Ватсон, поднимайтесь, у меня тут замечательный мотоцикл, поднимайтесь.
Б: Что у вас там, Холмс?
Х: Я говорю, у меня тут опиум, и я на скрипке играю. Поднимайтесь.
Б: А, конечно поднимаюсь, что вы
Х: Рынь-рынь. Ватсон, давайте быстрей. Что вы там?
Б: Что вы забрались на башню?
Х: Давайте идите. Ватсон-Ватсон-Ватсон-Ватсон. Рынь-рынь-рынь-рынь-рынь. Ну, давайте быстрей, Ватсон
Б: Да, вы бы еще выше забрались
Х: Ватсон, вы по кругу бегаете, идите сюда. Так, давайте я вам сыграю свой новый менуэт. Вы мне сделали – я вам сыграю
Б: Холмс-Холмс-Холмс
Х: Шутка-шутка-шутка
Б: Аха-ха-хаха
Х: Так ладно. Очень странные ботинки, очень странные джинсы, очень странная майка и очень странный котелок, батюшка
Б: Что вы хотите этим сказать, Холмс?
Х: Я хочу сказать очень странные вещи, очень странные вещи. Вот смотрите, перед вами что? Улика. Ползет улика
Б: Улика-улика, очень рад
Х: А рядом с уликой – вторая улика. Смотрите: оп. Одну убили. Что произошло? Убийство. Мотива ноль, убийца я. Как вам, м?
Б: Но как вы догадались, Холмс?
Х: Ватсон, все я так больше не могу. Вы дебил, вы дебил, Ватсон. Кто… вообще, откуда вы взялись, Ватсон. Кто вы такой, а? Кто вы такой, Ватсон?
Б: Я доктор
Х: Вы доктор? Вы доктор чего? Что вы лечите? Вы кто гинеколог, уролог, венеролог? Кто вы такой? Откуда вы взялись? Жил-жил себе Холмс один, и вдруг Ватсон бах себе! Откуда вы взялись? Кто вы такой? Почему я должен жить с каким-то мужиком, объясните мне. Вы знаете, что про нас уже в Скотланд-Ярде говорят? Я, я гений частного сыска. Задумайтесь просто, вот просто задумайтесь, вы хоть раз помогли мне раскрыть хоть одно преступление, хоть одно, доктор Ватсон. И вообще, вот доктор Ватсон, у вас имя есть вообще? Как вас зовут? Шерлок Холмс и доктор Ватсон. Я здоровый мужик, мне не нужен доктор, понимаете? Почему вас кормит миссис Хадсон? Объясните мне почему? И почему я должен объяснять вам элементарные вещи? «Вау, Холмс, как это получилось, а?» Вы дебил, это же элементарно! Так все, собирай манатки, пшел, пшел вон отсюда. Все собирай манатки и пошел, чтобы я тебя не видел больше, пошел. Все…стойте…стойте не обижайтесь…опиум хороший
Б: М-м Холмс. Холмс-Холмс
Х: Одевайтесь…там какая-то звонили из Баскервилей, говорят там собака…надо.. одевайтесь поехали
Б: Дружбан! Ту-туру, ту-туру, ту-туруту…
Х:Не выводи меня, с*ка, я тебя щас!

Маська усе ради тебя!

Канал «Культура»

- Добрый вечер, в эфире канал «Культура» и прогноз погоды. Завтра в Самаре, Саратове и низовьях Волги, которую воспевали Тютчев и Фет, Волги, в которой голышом купался титан русской прозы ПаустовскОй, +18. В Краснодаре дожди - излюбленные дожди великого Шолохова, дожди, под каплями которых кипели страсти и вершились судьбы, дожди, под которыми промокал и сопливил Гумилев. В Оренбурге, в этой кладези русской духовности, в этой «цитадели чувственности», по образному выражению Левитана, +22, грозы. Грозы, будившие Островского, грозы, пугавшие Цветаеву, грозы, из-за которых писался Кюхельбекер. В Липецке +7. В Великом Новгороде +2, + 3, слякоть. Слякоть, в которой хлюпали туфли Репина, слякоть, которая помнит лицо Васнецова. В Смоленске -20, в Туле -30, в Сызрани ваще жопа! Простите! Простите, конечно же, не ваще, а вААбще. И, наконец, о погоде в Санкт-Петербурге. Усаживай1тесь поудобнее, я начинаю… Впрочем, какой смысл говорить о погоде в Санкт-Петербурге, когда, когда лично я считаю, что подхватить воспаление легких или получить солнечный удар в городе, в котором есть Петергоф – это достойно любого культурного человека и должно для него быть счастьем.

«Фаберже у гадалки»


- аааэээ… вы гадалка?
- Угу.
- Не подходите ближе, я прошу вас, потому чтосразу хочу сказать, что я вообще в ваше «ЫЫЫААЭЭАААЫЫ» не верю – это во-первых, во-вторых, от вас воняет, но это личное, не надо об этом говорить, просто давайте наше общение сведем до минимума, вот моя ладонь – все. Будущее, родился, линия жизни, линия ума, нет линии ума – считай, калека, давайте, начинайте!
- ААААААА!!!!!БОЖЕ МОЙ!!!
- Что??? Что случалось?
- Ххахахаха!!!...
- Что вы делаете???
- Я вижу ваши яйца!
- Что?
- Я говорю, я вижу ваши яйца!
- умоляю, не дышите перегаром на меня! Вы не можете видеть мои яйца! Вы что несете вообще?!
- я вам говорю, я потомственная яйцевидящая! Я ВИЖУ ВАШИ ЯЙЦААААА!!!
- Боже мой, вы больная, вы знаете? Не дышите перегаром на меня вообще!
- Вы не понимаете!
- Что вы мне тут говорите «я вижу ваши яйца»!!! Я говорю, умер, родился…ну, где?! Где вы видите мои яйца??!!!
- Вот, смотрите. Вот, видите, линия ума, линия сердца… вот, между линией ума и сердца что? Висит линия яиц!
- Где?
- Да вот она!
- да я вижу, что это эээ…
- вот видите! Это и есть ваше будущее, понимаете?*
- Бред какой! Не дышите на меня!
- Ваши яйца будут стоить миллионы! Миллионы!
- Вы соображаете, что вы говорите, вообще?!
- Послушайте…
- я вам говорю, вы старая больная женщина, вообще…
- послушайте меня, послушайте… АААААОООООО!!!! БОЖЕ МОЙ!!!
- ЧТО?!
- Боже мой, одно яйцо украдут!
- Когда?!
- Я не знаю, тут не видно! Вы знаете, что вы делаете???!!! Вы сумасшедший человек!!!(хахахахаха)
- А вы – нет?!!!
- Нооо…
- Я дурак, а вы… что?
- Вы сделаете из бриллиантов и золота маленькую карету, сунете себе в яйцо и подарите императору! А император соберет всех и скажет: «Вот! Это яйцо Фаберже!»
- Милиция !Подождите, не подходите! Я клянусь, я ударю вас!
- Послушайте…
- Я клянусь, я…
- Послушайте…
- Хорошо! Почему? Почему они будут стоить так дорого? Бред какой. Что я говорю…
- Да! Потому что вы будете их разрисовывать!..
- Не дышите на меня..
- Вы будете их разукрашивать!.. Разрисовывать, я не знаю…
- Боже мой, боже мой, в какой цвет?!
- Не знаю, там не написано! Но будет сбоку фамилия: «Фаберже – Фаберже»!
- Хорошо, хрен с ним, с будущим, все, забыли. Не могли бы вы мне уже сегодня… Боже мой, что я делаю… Купить одно яйцо уже сегодня? Не могли бы? Да, прямо сейчас!
- А сколько стоит?
- Гыыыы.… Миллион!
- А что так дорого?
- Здрасте, вы ж сами мне только что сказали! «Ваши яйца будут стоить миллионы»!!! Значит, одно – миллион?
- Но, подождите, оно же еще не разукрашено!
- У вас есть фломастер?
- Фломастера у меня нет, только карандаш!
- Гыыы… Вас как зовут?
- Татьяна!
- Татьяна, вот идите сюда. Сколько вам лет?
- Сорок девять.
- Сорок девять? Татьяна, в сорок девять лет надо знать, что карандаш не пишет на яйцах!

Миниатюра «Случай в восточном кафе»
Гарик Мартиросян
Тимур Батрудинов
Дмитрий Сорокин

Тимур: Скажите, это и есть ресторан «Прелести Востока»?
Гарик: Да, это и есть ресторан «Прелести Востока». Кушать будешь?
Т: Да.
Г: Здравствуй! Что будешь?
Т: А что у вас есть?
Г: Тычтыльбюрюм у нас есть. Будешь?
Т: Ах! Тычтыльбюрюм! Какое название! А как вы готовите тычтыльбюрюм?
Г: Баран кидаем, трава кидаем, ногой перемешиваем, готов тычтыльбюрюм.
Т: Да? А что у вас еще есть?
Г: Еще у нас есть бюльбюльдюрбюрюм.
Т: Бюльбюльдюрбюрюм? А как вы бюльбюльдюрбюрюм готовите?
Г: Баран кидаем, трава кидаем, ногой перемешиваем, готов бюльбюльдюрбюрюм.
Т: Скажите, а чем это блюдо отличается от предыдущего?
Г: Он вкуснее!
Т: А у вас есть блюдо, которое вы ногой не перемешиваете?
Г: Есть! Чай!
Т: Чай?! А как вы чай готовите?
Г: Баран вынимаем готов чай.
Т: А к чаю, что у вас есть?
Г: Десерт есть! Десерт сладкий как мед, только баран. Пирожное есть.
Т: А что в пирожное идет?
Г: Баран идет. Вон видишь, баран идет, наверняка в пирожное. Еще у нас плов есть.
Т: Плов?! Отлично!
Г: Ты знаешь, как настоящий плов готовят?
Т: Как?
Г: Баран кинул, трава кинул, жена, детей, кинул, в Москву уехал плов готовить. Будешь?
Т: Я буду у вас все, что угодно, только можно этот человек петь перестанет?
Г: Невозможно!
Т: Почему?
Г: Он здесь все время пел. Мы даже вокруг него свой ресторан построили.
Т: Да принесете вы мне наконец что-нибудь?
Г: Почему ты орешь брат? Ты откуда приехал?
Т: Из Донецка.
Г: Понаехали тут в Белокаменную из Донецка, коренным жителям жизни нет. Зульфия, Фатима, Фахра несите сковородка, табуретка драка будет с клиентом!

«Корней Иванович Чуковский»

- Здравствуйте, дорогие телезрители. Сегодня я в гостях на даче у замечательного детского писателя, который подарил прекрасное детство не одному поколению детей – я в гостях у Корнея Ивановича Чуковского. Корней?
- Да!
- Корней, вот скажите, с чего началось ваше творчество?
- Ну вот, значит, мое творчество началось очень просто. Оно началось с Чудо-дерева. Иду я как-то по проселочку, смотрю – чудо… ну, тогда это было еще не дерево, чудо-куст, но потом все разрослось, плодов стало больше, и я решил стать детским писателем. До сих пор не отпускает…
- Вот скажите, как вам пришло в голову, как вы могли вообще написать вот это вот «Тараканище»?
- Все очень просто! Сижу я как-то под чудо-деревом…
- Ну, понятно, да.
- Посидел чуть-чуть, а тут таракан. Ну, я чё делаю? Беру лупу и начинаю наблюдать за тараканом, изучать его… ну…
- Повадки!
- По какой ватке? По тапку! Тараканов надо изучать по тапку! Ползет таракан – на тапком! – и изучать. Смотрю на тапок, а эта тараканья душонка такая: «уооооаааааооооо» - и за хату. Я – за хату, а оттуда Тараканище такое: (тут, я думаю, все вспомнят выражение лица Галыгина, потому что написать это невозможно). И шевелит своими этими…
- Усами?
- Да какими яйцами? Усами! Шевелит и говорит мне своим тараканьим загробным голосом: «Напиши про меня! Корней! Ну напиши!!!». Я – (…) – и писать.
- Интересно, интересно! Это очень интересно. А как вы написали «Бибигон и Брундуляк»?
- «Бибигон и Брундуляк». Все очень просто. Моего соседа зовут Бигон. Дед Бигон. Ну, он петрушит и бабку свою, и мужиков всех в деревне. Значит – би Бигон!
- А, ну, би, ну, понятно. Ну а вот этот вот индюк Брундуляк?
- Какой индюк? Не было никакого индюка, это красивая легенда. Был петух. Он очень любил хвост распустить вот так вот, как павлин. Выходишь – и такая красивая легенда во дворе. Выходит как-то Бибигон, смотрит перед собой и каааак даст этому петуху прям в пятак! И все. Выбил все зубы, и у него вместо зубов такой вот…
- Брундуляк!
- Брундуляк! Этот индюк заплакал – и за хату. Я подхожу, а он, ****, вылазит вот такой вот и смотрит на меня своими огромными…
- Глазами!
- Какими яйцами? Глазами! Я – (….) – и писать.
- Скажите, а вот это вот, вот это вот, вот это вот, как его… Крокодил какой-то солнце проглотил…
- О, это самый страшный день в моей жизни, что вы, господи… Просыпаюсь я под чудо-деревом, в хлам просто. Глаза продираю – на небе два солнца. Одно – такое, с загнутыми лучами, такое… немецкое! А второе нормальное – наше. В виде звезды. Звезда по имени солнце! И идет крокодил. И, главное, ему по фиг, что это немецкое… я раньше никогда немецкого солнца не видел… Крокодил идет мимо него и наше солнце – НА! Проглотил – и за хату. Я за хату, а он оттуда: ( ). Все светятся эти внутренности крокодильи… И говорит мне: «Напиши! Напиши про меня!!!». Я – (….) – и писать. Потом был перерыв, правда, лет десять – я сидел за чудо-дерево… Осознал свое творчество и вернулся совсем другим человеком. Я ведь детский писатель, но взрослый поэт! Начал писать такие произведения, как… ээээ… помните мое это, короткое: «А лисички взяли спички…», помните? Но это я уже разжевал, потому что пипл не хавал. Я для взрослых писал просто: «А лисички взяли…» - и все. Потом народ читает, звонки пошли: «Чё-то мы ничё не догоняем!». Я их и к чудо-дереву водил… Но, чё они говорят? Им пришлось намекнуть. «А лисички взяли спички» где хранят?
- В коробке!
- Тихо ты! Ну что! А лисички взяли спички, пошли к морю и зажгли. Получается, между лисичками такой «Open-air» такой… Вот. И я просыпаюсь, смотрю – море горит! Ё! Я туда, и давай его тушить и грибами, и грибами, и сушеными грибами… Потом смотрю – явно палюсь! Пришлось вернуться в дом, взять утюг и пирог, чтобы хоть как-то там реабилитироваться. Потому что второй раз двадцать лет за чудо-дерево… Вот. Вот.
- Ладно, слушайте, у нас уже пленка заканчивается…
- А, да! Что хотелось бы сказать…
- угу, говорите что-нибудь.
- Эээ… что хотелось бы сказать! Ты просто так не уезжай, я те дам там чудо-дерева плодов… пожалуйста, за хату зайди и чтоб нормально, со всеми, с ребятами… ты, Брундуляк чтобы выглянули и… (….)
- И писать?
- (….)
- Что (….)?
- (….)
- Да что, я тебя спрашиваю (….)???
- А то, посмотри, бл*дь, как мы с чудо-дерева слезем?!

Продолжение Канала Культура

Г: Тан тан-тан-тан-тан. Канал культура продолжает свою работу и у нас в эфире рубрика «Встречи с Тютчевым». У меня в гостях замечательный человек, чемпион мира по боксу Константин Цзю. Здравствуйте, Константин!
М: Здарова! Гы, гы
Г: Расскажите, Константин, о Ваших встречах с Тютчевым
М: но… о встречах с Тютчевым, да… Идет пятый раунд с американцем из америки, ну…левый хук – я ухожу, справа я увернулся, тут он меня на противоходе поймал, прямой в голову провел, у меня в глазах потемнело, я упал, потерял сознание и встретился с тютчевым…
Г: Константин, а как вы поняли, что это именно Тютчев?
М: Не, ну во-первых, прямой в голову – это всегда Тютчев, а во-вторых, я че с ним первый раз встречаюсь, да? Тютчев и Тютчев…
Г: Скажите, Константин, а вас не удивило то, что вы встречались именно с Тютчевым?
М: Естественно не удивило, я охренел просто сразу, обычно там с ним и Фет бывает, а тут…
Г: Афанасий Афанасьевич?!
М: Афанасий Афанасьевич!
Г: Фет?
М: Фет. Вот, но в этот раз удар был видимо слабее и Афанасий Афанасьевич, видимо, задержался. Тютчев один был, однозначно.
Г: Константин, а какой из себя Тютчев?
М: Слышь, ведущая, ты давай нормальные вопросы задавай, что за вопрос, какой из себя Тютчев…
Г: Нет, я имела ввиду…Я хотела узнать внутренний мир…
М: Падажжди….все, ты вывела меня из себя, все…нет, ты реально вывела меня из себя…
Г: Я просто…
М: Назад дороги нет уже, нет назад дороги, короче, слушай, ты меня вывела уже из себя, ведущая, увидишь Тютчева, а ты его сейчас увидишь, а если получится сильнее, будет и Пастернак с Мандельштамом. Передай, что Костя тот бой выиграл и стал чемпионом, понятно?
Г: Да!
М: Все, давай, заканчивай передачу, разберемся!
Г: В эфире было поэтическая страничка «Встречи с Тютчевым», у нас в гостях был чемпион мира по боксу Константин Цзю.
М: Именно, да!
Г: Спасибо, снято. Ты что говоришь такое!
М: Че?
Г: Передача идет, ты говоришь….это не бокс твой поганый!
М: Что?!
Г: Это канал Культууура, Культура канал, а ты…
М: Чего?
Г: Быдло!

Одна из самых забойных миниатюр этой парочки. Это про нас - про актеров!

Бульдог: Следующая миниатюра: «Случай на дороге»
Каштан: Сержант Батрушкин, ваши документы…
Б: И я.
К: Что?
Б: И я желаю: здравствуйте вам, мне очень приятно познакомиться: меня зовут Геннадий Аксельбрат.
К: Слушайте, вы как-то странно разговариваете. Вы курили или пили?
Б: Курил и пил. Вот он – не я (тычет пальцем в зеркало заднего вида).
К: Прекратите! Прекратите паясничать!
Б: Давайте выйду я и все вам объясню.
Ведь я – актер. (Делает вид, что чихает) МХАТ! Конечно, если вам знакомо это слово…
К: Так, я не понял, это что – наезд?
Б: Секунду! Стойте, повернитесь. Ах! (Берет Каштана за щеки, складывает губы трубочкой) Скажите: у-у-у!
Клянусь богами! До боли в заднице мне профиль ваш знаком!
Так это вы! Ах! Тот первый ряд, седьмое место,
Четырнадцать гвоздик и розу дарили вы мне каждый мой спектакль!
Вы… Вы – Жорж! Ха!
К (отворачивается): Да… (Опять смотрит на Бульдога) Нет! Нет, не припомню, не было такого, не дарил!
Б: Не отрекайтесь! Не отрекайтесь, говорите прямо!
К: Прямо, говорите? Сейчас вы прямо в дудочку подуете,
И прямо по прямой пройдете!
Б: Да не вопрос! Да, да, я пил! И что?
Да, пил, и что? А вы не пьете? Нет, вы в глаза мне посмотрите. А?
Ведь вы мужчина, вам дано…
Сегодня праздник – годовщина,
И я, естественно, в говно…
К: Так, вы…
Б: Постойте! Мы уже давно знакомы,
Давай переходить на «ты».
К: Так, ты сейчас по протоколу заплатишь десять МРОТов мне –
Или тотчас в тюрьму!
Минутку, я давно стихами говорю?
Б: В тюрьму?
К: В тюрьму!
Б: Ах!!! Плохо мне! (Начинает ощупывать свое тело, живот, грудь) В глазах темнеет, мне кажется, сейчас же я умру!
К: Нет, нет, не умирайте!
Б: Ах, почки, печень, селезенка и даже мочевой пузырь… Держи меня! (Падает на руки Каштану).
К: Вот так удобно?
Б: Спасибо. Смотрите сверху, смейтесь, боги!
Какая чушь, нелепый вздор!
Почил сегодня на дороге
В руках ГАИшника актер! (Умирает)
К (плачет): О, нет! О, нет! Я на ГАИшника учился,
А стал убийцей! О позор!
С тюрьмой ведь я погорячился…
Б (встает): Со смертью – тоже перебор.
К: Так… Так ты живой?
Б: Воняет чем-то…
К: Действительно воняет… Допустим, это я. Продолжим разговор.
Б: Допустим, я принюхался, продолжим.
К: Так, все! С меня довольно! Хватит!
Ты на четвертом километре пресек сплошную полосу!
Б: Не надо! Не надо штрафа! Не надо!
Давай я просто отсосу…
К: НЕ НАДО! Все! Довольно, хватит!
Садись в машину и пиз… жуй!
Пшел вон, водила!
Б: И это все? После того, что между нами было?
А где прощальный поцелуй?
А пожелать счастливой мне дороги?
К (показывает кукиш): Вот!
Б: Не пожелал… Что ж, смейтесь дальше боги –
Другого я не ожидал…
К: И он уехал, больше я его не видел,
Кулисы, занавес, финал!